1 августа 1975, то есть 40 лет назад, лидеры 35 государств подписали в Хельсинки Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, также известный, как Хельсинкские договоренности. Так что же произошло в столице Финляндии?
Тогда, в эпоху «разрядки», оба блока всерьез стремились уменьшить реальный риск войны на уничтожение и смогли достичь компромисса относительно политически обязывающих договоренностей.
Следует также добавить, что масштабная американо-советская конфронтация, которая имела место в октябре 1973 года во время израильско-арабского конфликта, известного, как война Судного дня, наглядно доказала необходимость снижения градуса противостояния, которое вполне реально могло создать военный кризис с непредсказуемыми последствиями.
При этом, не секрет, что СССР согласился на участие в Совещании по безопасности и сотрудничеству в Европе, прежде всего потому, что рассчитывал на фиксацию незыблемости послевоенных границ в Европе.
Итак, все вопросы, включенные в Хельсинские договоренности, можно условно разделить на три так называемых «корзины».
«Первая корзина» включала основополагающие принципы, которых должны были придерживаться государства в отношениях между собой — укрепление международного мира, целостность территорий и нерушимость границ, мирное разрешение противоречий и конфликтов, воздержание от применения силы или угрозы силой, неделимость безопасности в Европе и развитие межгосударственного сотрудничества , уважение к правам человека, добросовестное выполнение обязательств по международному праву, укрепления доверия в сфере безопасности и тому подобное.
«Вторая корзина» — содержала договоренности относительно экономического, экологического и научно-технического сотрудничества.
Однако тогда, в условиях общего осознания опасности ядерного конфликта, наиболее важное, а сегодня можно сказать даже историческое значение, имела именно «третья корзина», которая определяла направления взаимодействия в гуманитарной сфере — человеческих контактов, воссоединения семей, свободного доступа и обмена информацией , культурных, студенческих и научных обменов.
В тогдашних условиях межблокового соперничества Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ) на время стало площадкой, где происходили разноуровневые контакты между Востоком и Западом, и одновременно генератором международной поддержки правозащитных движений на территории бывшего СССР.
Сегодня немногие помнят, но именно с Хельсинкским заключительным актом связано начало современного этапа борьбы украинского народа за свободу и свои права.
Очевидно, что деятельность диссидентов в СССР, среди прочего, привела к краху Советского Союза и, как казалось тогда, начала новой эры общественно-государственного развития на постсоветском пространстве.
К сожалению, после обретения независимости мы не смогли сформировать новую повестку дня для нового государства и потеряли шанс для кардинального обновления и перестройки страны на совершенно иных ценностных основах.
Так же и ОБСЕ (в декабре 1994 года СБСЕ переименована в ОБСЕ — Организацию по безопасности и сотрудничеству в Европе), которая должна была стать одним из краеугольных камней безопасности Европы, так и не смогла выполнить свою главную задачу — предотвратить конфликты на континенте ( Югославия, Нагорный Карабах, Приднестровье, Грузия), а впоследствии превратилась в аморфную и, если быть откровенным — беспринципную организацию.
Ведь, как можно еще охарактеризовать то, что ОБСЕ проводила свое министерское заседание в Киеве в начале декабря 2013 года, через несколько недель после жестокого подавления мирной демонстрации украинских студентов и молодежи на Майдане?
На фоне аннексии Россией Крыма и де-факто молчаливого согласия на нее со стороны других стран-членов СНГ и, одновременно участников ОБСЕ — Армении, Беларуси, Казахстана, Кыргызстана, Узбекистана, Таджикистана — откровенной профанацией основополагающих принципов организации сегодня выглядит так называемый процесс «обновления»ОБСЕ, известный под названием «Хельсинки плюс 40», который сейчас выглядит, как набор благих пожеланий, причем порой весьма неоднозначных.
Кстати, этот процесс был инициирован в 2012 году в Дублине, основанный (ирония судьбы и урок на будущее) во время председательства Украины в ОБСЕ в 2013 году и некоторое время активно поддерживаемый Москвой.
Можно констатировать, что так называемый «дух Хельсинки» почти полностью выветрился из офисов ОБСЕ, а существующая в марте 2014 архитектура безопасности в Европе была уничтожена путинской Россией. Ведь, путинский режим, модернизировав известную доктрину Брежнева времен «холодной войны» и заменив повод для вмешательства в дела других государств по защите «завоеваний социализма» на «защиту интересов русских», является сегодня не только самой большой угрозой украинской демократии и государственности, но и безопасности в Европе в целом.
Свидетельствами этого является конфронтационная политика России и безумная информационная война против европейских ценностей, одним из ярких примеров которой является показанный по телеканалу «Россия» резонансный фильм «Варшавский договор. Рассекреченные страницы», в котором кремлевские пропагандисты цинично перекрутили факты и провели недвусмысленные параллели между настоящим и противостоянием времен «холодной войны».
Итак, по нашему мнению, говорить о настоящем и стабильном мире в Европе будет возможно только после свержения путинской диктатуры в России.
Совершенно беспомощной пока оказалась ОБСЕ и в попытках остановить агрессию Москвы и урегулировать ситуацию на Востоке Украины. Хотя, следует признать, резолюция Парламентской Ассамблеи ОБСЕ от 8 июля этого года, в которой отмечается, что действия России в Автономной Республике Крым и г.Севастополь, а также в отдельных районах Донецкой и Луганской областях Украины являются актами военной агрессии против Украины, стала наглядным индикатором изменений в настроениях западного истеблишмента, озабоченного агрессивно провокационным характером поведения России на международной арене.
В начале декабря 2014 Министр иностранных дел Украины Павел Климкин во время выступления на министерской встрече в Швейцарии высказался за изменения в ОБСЕ и предложил несколько направлений реформирования. К сожалению, сказав «А», наш министр так и не сказал «Б», возможно не зная тезиса английского математика и философа Альфреда Уайтхеда о том, что: «Мысли не хранятся, их надо во что-то воплощать».
То есть, очевидно, надо было бы впоследствии представить государствам-членам ОБСЕ четкий и детальный план Украины (возможно в соавторстве с рядом других стран-единомышленников) по модернизации ОБСЕ. Как видно, этого не произошло или широкой общественности об этом ничего не известно. Хотя, данная организация, имея в своем составе страну-агрессора, откровенно презирает ее основные принципы, очевидно уже утратила потенциал к обновлению.
Назначение нового Специального представителя ОБСЕ в Украине и Трехсторонней контактной группе Мартина Сайдик (Martin Sajdik) также пока не добавило работе организации на украинском направлении ни динамизма, ни реализма. Ведь вряд ли многочисленные встречи и бесконечные обсуждения можно назвать хоть какими-то результатами. Со стороны это выглядит так, что на самом деле создается своеобразная дымовая завеса для прикрытия ползучей легитимизации промосковских бандитов и террористов и фактического отторжения от Украины части ее территории.
«Майдан иностранных дел» считает, что известная концепция «Европа без разделительных линий» уже «канула в Лету» и поэтому сейчас возникает насущная потребность в переосмыслении самого определения содержания и комплексных гарантий новой европейской безопасности. И в этом контексте Киеву следует избегать прошлых ошибок и четко понимать, что безопасность Украины нельзя строить только на бумаге, какие бы подписи не стояли на ней.
Более того, в связи с действиями России, которая воплощает собственную геополитическую концепцию и считает, что международное право больше не является догмой, а своеобразным набор постулатов, с которого Москва будет выбирать то, что ей выгодно, сама система норм (прежде всего универсальных) международного права начала терять доверие со стороны участников международного взаимодействия. Не случайно, дальновидные эксперты уже прогнозируют тенденции так называемой регионализации или сегментации международного права.
Украинскйе и последний мировой опыт свидетельствует, что международное сотрудничество может быть только одним из средств обеспечения безопасности государства. При этом, реально действенными являются международные объединения, в основе которых лежат общие ценности и участники которых готовы к их воплощению.
К сожалению, таким образованием за 40 лет так и не смогла стать ОБСЕ. Можно даже сказать, что она превратилась в некую квази-ООновскую структуру с большим бюрократическим аппаратом и отсутствием воли к защите своих же основополагающих принципов. В условиях уже де-факто конфронтации (или даже цивилизационного раскола) на территории ОБСЕ, есть основания полагать, что этой организации не помогут и любые попытки ее модернизации или совершенствования.
Очевидно, будущее будет за международными объединениями нового типа, образованными на новых началах, где объединяющим фактором будут общие ценности.
А это, соответственно, потребует от Украины создания новой концепции внешнеполитического позиционирования, которая, в частности, должна учитывать: актуальные изменения в мировом ландшафте; собственные, а не навязанные кем-то интересы; целесообразности создания коллективных оборонных мощностей дружественных государств региона для укрепления безопасности; новую философию прав человека, необходимость усиления партнерства между государством и гражданским обществом, реально имеющиеся, а не мнимые ресурсы.
Источник: «Майдан иностранных дел»
